Савитри Деви

 

ДА - СМЕРТЬ !

 

Савітрі Деві
(30.09.1905-22.10.1982) - письменниця, релігійний філософ. "Найбільший із бійців - після Гітлера, Гесса і Геббельса" - так чілійський письменник і дипломат Мігель Серрано визначив місце Савітрі Деві в історії Націонал-Соціалізму. За його словами, Савітрі Деві "першою виявила таємну духовну силу, заховану у гітлеризмі".

Савітрі Деві (справжнє ім'я - Максіміані Джулія Портас) народилася 30 вересня 1905 р. в Ліоні, Франція. Її батько був греком, мати - англійкою. У Ліоні Савітрі вивчала хімію та отримала докторську ступінь з літератури. Вона багато подорожувала Європою та Азією, досконало оволоділа сімома мовами, в тому числі й бенгалі. В 1932 р. пошуки втрачених знань аріїв приводять Деві в Індію. Вона приймає ім'я Савітрі Деві на честь індо-арійської богині Сонця і виходить заміж за брахмана Шрі Асіт Крішна Мухержі, редактора журналу "The New Mercury", який підтримував вісь Берлін - Рим - Токіо.

Розцинюючи націонал-соціалізм як практичне втілення ідей індо-арійської космології, Савітрі під час другої світової війни співпрацює з про-вісьовими і незалежницькими рухами в Індії. В 1980 р. в статті "Гітлеризм та індійський світ", опублікованій у журналі "The New Natoinal Socialist", Деві, пояснюючи основи Езотеричного Гітлеризму, пише про зв'язок своєї праці з ідеями індусів того часу, характеризуючи Гітлера як "мудреця, що набув повне усвідомлення шляхом особистого досвіду вічної істини, що виражає сутність Всесвіту". Звичайно, Деві вбачала величезне значення у тому, що Гітлер обрав саме свастику в якості символу нацвонал-соціалізму: "це буквальний звязок Гітлера та ортодоксального індуїзму".

В 1948 р. Савітрі Деві їде зруйнованою Європою в Німеччину через Англію та Швецію. Вона вперше відвідує вітчизну Гітлеризму. Не знаючи жодного надійного типографа, Савітрі від руки написала сотні листівок із зображенням свастики та наступним текстом:

"Чоловіки та жінки Німеччини! Серед незлічених мук та страждань стійко притримуйтеся славних принципів націонал-соціалізму та чиніть опір! Здійснюйте відкрите непідкорення своїм переслідувачам!.. Ніщо не зруйнує того, що збудовано на Правді. Ми - чисте золото, опущене для перевірки в горнилі. Нехай вогонь палає і реве! Ніщо не знищить нас. Одного разу повстанемо і переможемо знову! Сподівайтеся і очікуйте! Хайль Гітлер!"

Мандруючи зруйнованою Німеччиною в складі труппи танцюристів на чолі з менеджером-євреєм, зодягнена в сарі та прикрашена сергами у вигляді свастики, Деві розкидувала ці листівки з вікон поїздів. Кожна листівка була запакована разом з невеликим подарунком, що складався з кави, цукру або масла. Для Деві поширення цих листівок мало значення космічного масштабу, за її словами "боги писали і розкидували листівки, я була тільки посередником". У Лондоні Савітрі вдалося надрукувати 6000 листівок професійним чином, і вона повертається в Німеччину. Протягом року її декілька раз арештовують у Німеччині та Франції. В 1949 р. у німецькій тюрмі вона пише "Золото в горнилі".

В 1953 р., всупереч забороні окупаційної влади, Савітрі повертається у Німеччину та здійснює паломництво святими місцями націонал-соціалізму та німецького язинчицтва. Результатом цієї поїздки стала книга "Паломництво" (1958 р.).

На шляху в Німеччину Савітрі з великою кількістю своїх книг "Золото в горнилі" та "Паломництво" багаторазово затримувалася на митницях. Кульмінацією поїздки стало відвідання первісного святилища германського сонячного культу - стофутових скель Externsteine, Каменів Сонця. За часів Гітлера тут знову святкувалися дні сонцестояння та члени Гітлерюгенду проходили ініціацію.

Книга "Блискавка та Сонце", головна праця всього життя Савітрі Деві була розпочата у Шотландії в 1948 р., писалася з переривами у Німеччині, і була закінчена в 1956 р. Основні фігури, що покликані ілюструвати циклічну концепцію історії, - Ехнатон, Чінгізхан і Гітлер. Вони розглядаються в контексті неперервного ряду Епох. Під час Калі-юги (епохи Темряви) Ехнатон був "Людиною над Часом", який символічно зображався у вигляді сонця. Фараон, який прагнув повернення людства до давно втраченої попередньої Епохи, Ехнатон був містиком, не володіючим практицизмом для своїх видінь. "Людина в Часі", представлена Чінгізханом, - деструктивна сила, що позбавлена ідеалізму. Його символ - Блискавка, вона діє у гармонії з природою своєї Епохи. В Гітлері Деві бачить "Людину проти Часу", поєднуючу ідеалізм із силою, одночасно Блискавку і Сонце, котра веде боротьбу проти сил своєї Епохи на практичній основі. Він - Аватара Калкі, Месник, що приходить в кінці кожної Епохи, його битва приречена. Отже, Деві вірить, що дхармічний обовязок Гітлерівців - зберігати полум'я Націонал-Соціалізму в часі Калі-Юги як основу Нового Порядку, котрий Гітлер передбачив в 1928 р., говорячи про себе, як про Вісника: "Я - не Він, але поки що ніхто не приходить, щоб приготувати шлях для нього, тому я роблю це". Братами по зброї майбутнього Аватари стануть Останні Націонал-Соціалісти, із залізною волею, загартовані переслідуваннями, Месники.

Савітрі провела більшу частину свого життя в Індії, викладаючи англійську мову у французькій школі для дівчат. Незадовго перед смертю вона осліпла і жила в незаможності з декількама десятками кішок. Савітрі завжди була поборницею доброчинності на користь тварин, про що писала у своїй останній книзі "Звинувачуючи Людину".

Савітрі Деві померла раптово під час поїздки в Англію 22 жовтня 1982 р. Її тіло було кремоване і прах відісланий в Арлінгтон (Вірджинія), де розташовується штаб-квартира націонал-соціалістичного руху "Новий Порядок". Тепер її прах перебуває в штаб-квартирі організації в Мелуокі.

 

САВИТРИ ДЕВИ
ДА - СМЕРТЬ!

"Божественная Смерть! Дай снова нашим душам
Прильнуть по-детски к звёздам на твоей груди
И нам покой верни, что жизнью был нарушен,
От Времени с Пространством нас освободи".
(Леконт де Лиль, "Dies Irae").

Ничто не может отвести от самой молодой из благородных человеческих рас ту судьбу, которая является неизбежным следствием множества преступлений её представителей, совершённых под влиянием низкопробного антропоцентризма. Эти преступления вызывают цепную реакцию, медленную, но тем более неотвратимую, чем больше те, кто совершает эти преступления, сосредотачиваются на самих себе и своих ограниченных идеях, порывая связь с Космосом и его Сутью. Есть преступления, расплата за которые накапливается тысячелетиями: преступления против аристократии животного мира, могучих бизонов и грациозных ланей, против крупных кошачьих и обыкновенных кошек; против уничтоженных лесов и морей, загрязнённых всеми видами промышленных отходов; против человеческой аристократии, арийской расы - германцев в Европе, чистых арийцев в Индии, во имя Христа и христианских "ценностей", демократии или марксизма - всегда во имя какой-нибудь веры или философии, распространяемой евреями.

Слишком поздно сожалеть о прошлом. Думать надо было до того, как была развязана Вторая мировая война, до смертоносной индустриализации Запада, а за ним и всего мира, до интенсивного истребления лесов и ни в чём неповинных животных, не способных высказаться "за" или "против" той или иной идеологии, до всех этих преступлений, совершённых во имя интересов человека и его благосостояния. Надо было думать до того, как эти двуногие млекопитающие начали размножаться в геометрической прогрессии в ущерб собственному качеству. Это конечная причина всех зол и всей деградации.

Слишком поздно сегодня, когда вырождение человека под властью чандал стало совершившимся фактом, элита мало что может сделать. Ей остаётся лишь сохранить, вопреки всему, свою веру в вечные, не человеческие ценности; обличить тех людей, которых силы Бездны избрали своими орудиями в борьбе за свою неизбежную победу; ей остаётся лишь, собрав все силы, со всей жаждой красоты и справедливости взывать к Калки, последнему борцу "против Времени", Мстителю за всех своих славных предшественников. Он должен победить там, где все другие потерпели поражение, и положить конец Кали-юге.

Проходя через перенаселённые кварталы, быстро строящиеся на месте уничтоженных лесов, нам остаётся лишь вступить в контакт с бесстрастным и тайным Началом всех действий и противодействий и воззвать к нему: "Верни, о терпеливый Господь, землю джунглям и их древним царям! Поступи с человеком так, как он поступал и поступает с нами!".

Мне говорят, что я несправедлива к человеческой элите, к создателям культуры, что без вторжения в джунгли, без какого-то ограничения царства природы не было бы ни городов, ни памятников, ничего, что определяется собирательным термином "цивилизация".

Это верно, никто и не будет этого отрицать. Точнее говоря, это было верно в те времена, когда можно было думать, что стоит срубить несколько деревьев, дабы воздвигнуть на возвышенном месте совершенный храм или символические пирамиды, размеры которых соответствуют размерам Земли и солнечной системы. Это было верно в те времена, когда человек, будучи неотъемлемой частью природы, ещё не взбунтовался против неё, не возомнил в смешной гордыне, будто он выше других живых существ. Это было верно в те времена, когда в более или менее традиционных обществах лучшие умы, в отличии от Декарта или Френсиса Бэкона, носившихся с идеей власти человека над Вселенной, мечтали лишь о том, чтобы аллегорически выразить в камне, рисунке, в словах или песне, в танце или музыке своё интуитивное знание космических истин, своё видение Вечного.

Тогда человеческое творчество гармонично вписывалось в природную среду, а не уродовало её. Иначе и не могло быть, потому что "искусством" считалось только то, что Рене Генон называет "объективным искусством", т. е. творения, нормы которых были непосредственно связаны с сознанием того, что художник пользуется нормами Вселенной, видимой и невидимой, человеческой и нечеловеческой. Так родились колоссы Тиахуанако, египетские и американские пирамиды, греческие, индусские и японские храмы, доисторическая и более поздняя живопись пещер Альтамиры, Ласко, Аджанты, византийские, романские и готические соборы, большие мечети, вся священная музыка с древних времён до Баха и Вагнера, священные танцы Индии и всего мира. Всё это не лишало природную среду её души, наоборот, выражало её, переводило на язык вечности.

Но всё это было очень давно, задолго до появления человека-насекомого и начала его размножения в геометрической прогрессии благодаря техническим средствам сохранения слабых. Повторяю: качество и количество исключают друг друга. Люди, число которых растёт в геометрической прогрессии, удваиваясь, а в ряде стран даже утраиваясь каждые 30 лет, могут только разрушать землю и ту почву, в которую они вцепились как кровососы. Им нужны дешёвые лачуги, которые можно быстро построить, не обращая внимания на их уродство, в то время как в технически развитых странах жилища становятся всё более комфортабельными, а жизнь - всё более автоматизированной. Остальные страны удовлетворяются серийной застройкой очищенных от леса мест. Раскаляющееся гофрированное железо заменяет как стройматериал прохладную солому, а стены делаются из грубо подогнанных друг к другу плесневеющих панелей, а не из пальмовых листьев.

Теперь уже нет речи о произведениях искусства, видимых отражениях вечности, рассчитанных на тысячелетия, - пирамидах, гробницах, храмах и колоссах, высеченных в скалах или воздвигнутых как гимн в камне на открытых местах или на опасной высоте. Люди строят теперь не под руководством мудрецов, чтобы воплотить истину, выраженную в словах, а по приказу предпринимателей, жаждущих быстрой прибыли, или государства - "друга народа", стремящегося обеспечить жильём как можно больше людей, всё равно, каких. В жертву этому приносится природа, леса с их обитателями... Человек, бывший когда-то неотъемлемой частью природы (а иногда и её венцом), стал палачом всякой красоты, врагом общей Матери, раковой опухолью планеты.

Даже высшие расы больше не создают символов. Храмы и соборы заменяют всё больше офисы и центры медицинских исследований. Площади городов "украшают" карикатуры из цемента и стали. Музыка, которая нравится молодым людям, которая звучит в их транзисторах целый день как звуковой фон всех их действий, бесед и того, что у них ещё осталось от мыслей, - всего лишь плохая имитация негритянской музыки.

Несомненно, последними всплесками коллективного арийского творчества были в III Рейхе новое здание Рейхсканцелярии и стадион в Нюрнберге, скульптуры Арно Бреккера и Кольбе, музыканты-интерпретаторы Вагнера, особенно великолепный дирижёр Фуртвенглер. Это великое коллективное творчество было результатом чудесного порыва всей Германии под руководством величайшего художника Адольфа Гитлера, направленного против течения мирового упадка. Оно было прервано войной, объявленной Германии коалицией ненависти, возглавляемой янки.

Всё, что дал в последнее время истинно великого негерманский Запад - во Франции, например, это произведения Робера Бразильяка, Анри де Монтерлана, Селина, Бенуа-Мешена, Сен-Лу - вдохновлялось в большей или меньшей степени духом Рейха. С другой стороны, наблюдается глубокий пессимизм, предчувствие неизбежной смерти, "заката Европы", предсказанного Шпенглером.

И на Востоке дела не лучше. Он живёт по своим традициям, выполняет свои неизменные обряды, читает Священные писания, содержания которых древней доисторического периода, потому что это сама нечеловеческая Истина. Но, похоже, у Него нет сил на то, чтобы извлечь из них знания, необходимые для возрождения. Напомню, что речь идёт об индусском, европеоидном меньшинстве, не имеющем политического влияния, понимающим связь между нацизмом и доктриной насильственного действия при абсолютном отсутствии привязанности, чему учил Господь Кришна арийского воина Арджуну в "Бхагавадгите".

Всё больше и больше я встречаю в Индии откликов на мою страстную веру в пришествие Калки и конец Кали-юги. Многие надеются на это, как и я, не считая, что нужно печалиться при мысли о конце человека. Исключение будет сделано лишь для тех, кто последнее божественное Воплощение призовёт как соратников, сочтя их достойными того, чтобы открыть вместе с Ним Золотой век следующего Цикла. И в самом деле, нет никакой причины печалиться при мысли о том, что однажды все бесчисленные безобразия, которые творятся сегодня на всех континентах, будут окончательно снесены вместе с теми, кто их творит. Жалко лишь, что древние и прекрасные человеческие творения - пирамиды Гизе, Парфенон, храмы Южной Индии, Эллора, Ангкор, Шартрский собор - тоже могут быть сметены в кошмаре конца. Но безобразия, творимые человеком, его прегрешения против Земли, совершаемые в этом веке всеобщего упадка и представителями высших рас, перевешивают всё то великое и прекрасное, что создали гении древности. Эти грехи заставляют забыть крылатых быков Вавилона и Ассирии, фризы греческих храмов и византийские мозаики и склоняют чашу весов в пользу полного исчезновения человеческого рода. С другой стороны, вечным творениям уже нет места в этом мире... Ужасные сооружения из стекла и стали - "для офисов", - воздвигнутые в самом центре Афин, совершенно закрывают вид на Акрополь с площади Платея Ситагматос. Совершенно изменились планы тысячелетних городов. Ликабето, окружённый с четырёх сторон прекрасными сосновыми лесами, уже не тот Ликабето, каким он был 50 лет назад.

И это происходит повсюду. В планетарном масштабе воплощается кощунственная мечта Декарта и других поклонников антропоцентризма. Это триумф огромного человеческого муравейника над природой, над земными просторами, где только и можно было встреть высшего человека и через видимую красоту и контакт с невинностью бессловесной Жизни установить связь с вечностью.

Когда же придёт неотвратимый Мститель? Тот, кто восстановит порядок и поставит все вещи на свои места?

Моя вера в это пришествие вызывает во мне любовь к высшим силам, которые, похоже, хотят раздавить этого червяка, именуемого человеком. Эта вера в апреле 1947 года побудила меня приветствовать извержение Геклы, как в Индии приветствуют божества в храмах, и в экстазе пропеть на бенгальском языке гимн Шиве: "О, танцор разрушения, царь танца!". Под влиянием этой веры я гуляла целую ночь вдоль одного из потоков лавы под бледно-фиолетовым небом, освещённым лунным сиянием и зелёным северным сиянием с пурпурными краями, затянутым большим чёрным облаком вулканического дыма, небом, к которому кратеры выбрасывали струи пламени и раскалённые обломки скал. Эта вера посреди непрерывного грохота землетрясения заставила меня произнести священный слог "Ом", который я не раз слышала из пасти львов.

Я смутно понимала, что эти вулканы той же расы, что и "Тот, кто приходит из века в век"; они, как и Он, - защитники красоты Земли, мстители Сил всем антропоцентрическим, эгалитарным суевериям, и прежде всего, христианству, снова навязанному в 1947 году гордым германцам. Эта вера побуждала викингов Ютландии, отдалённых предков моей матери, петь гимны Донору и Тору над бурным Северным морем, и боги отвечали им рёвом бури.

Я всегда была за непокорённую природу и против человека, за львов и тигров - против охотников. Люди менее красивы, чем звери, живущие на окраине мирового упадка. И я всегда была за высшего человека, конквистадора (не путать с теми, кто использовал свою силу для распространения эгалитарной доктрины, оправдывающей любую метисацию, как европейские завоеватели Нового Света) и против мирного обывателя, предающегося наслаждениям; против умственных извращений и против "учёных", которые работают "на благо человечества", мучая невинных животных; за СС и против евреев и их прислужников, ещё более отвратительных, чем сами евреи.

40 лет назад я приехала в Индию в поисках тропического соответствия арийской, языческой Европы, этого древнего мира, в котором царили терпимость и культ прекрасного, выражающего самую суть Истины. Я уезжала и возвращалась снова и снова, всегда оставаясь ученицей Адольфа Гитлера, современного воплощения "Того, кто приходит снова и снова", вооружённой духом "борьбы против Времени", которую вели Гитлер и его предшественники и которую Калки, Мститель, закончит за них.

И сегодня, когда больше ничего нельзя сделать, я призываю вас, друзья, жить вместе со мной страстной надеждой на конец этого человечества, которое отвергло нашего Фюрера. Оно не стоит того, чтобы его спасали. И пусть черти возьмут его и погребут под развалинами его больниц, лабораторий, боен и "праздничных залов"!

Я хочу процитировать стихи Леконта де Лиля, обращённые к девственному лесу, сожжённому и уничтоженному человеком:

"Кровавыми слезами оросив твой пепел,
Мы возродим тебя, о наш сгоревший лес!". Мне нравятся эти слова и заложенное в них предчувствие будущей радости.

Я вспоминаю также слова Геббельса, сказанные им в момент гибели того Рейха, ради которого мы жили:
"После потопа - мы!".

Нам остаётся только желать "потопа", конца, и взывать к нему всеми своими силами. Нам остаётся только взять на себя ответственность за его наступление и желать его днём и ночью.

Я хочу его, я взываю к нему, хотя знаю, что никто из нас его не переживёт. Но мир так безобразен без своих истинных богов, без чувства священного в лоне жизни, что Сильные не могут не желать его конца.

Друзья, воскликнем вместе с Вотаном в "Песне конца":
- Я ОДНОГО ХОЧУ: ЧТОБ НАСТУПИЛ КОНЕЦ!

Мир без человека гораздо предпочтительней, чем мир, в котором не правит никакая человеческая элита. И пусть львиный рык снова раздастся в ночи под небом, освещённым лунным сиянием и усыпанным звёздами. И снова живые существа задрожат перед Царём, достойным их.

("Вечный зов", Мадрид, 1989 г.)

 

САВИТРИ ДЕВИ
СЫН БОЖИЙ:
Истина и религия
(втупление)

За 14 тысяч лет до Р.Х. Египет достиг своего расцвета. В ту пору страной правил царь Эхнатон.

Мыслитель, художник и святой; первый рационалист, один из последних Повелителей Мира, почитавший Солнце-Атона, "энергию солнечного диска" - ту самую совершенную Реальность, к которой стремятся люди всех вероисповеданий, сознательно или неосознанно, называя ее разными именами и выбирая разные дороги. Себя он представлял сыном этого невидимого, неисчерпаемого истока жизни. "Ты в сердце моем", писал Эхнатон в одном из гимнов, "и никто не знает Тебя, кроме меня, Твоего сына". Забытые слова на стене древней гробницы - слова одного из первых в мире авторских стихотворений - "Я, Твой сын…".

Эхнатон одним из первых осмелился заявить подобное. И потому чтили его не меньше, чем других провозвестников Истины - пусть после поражения Эхнатона они и превзошли его. Потому слава о нем распространилась по всему миру - пусть даже его и предали потом забвению, на 33 сотни лет…

"Сын Божий" - что сие значит?

Те, кто исповедует идею трансцендентного божества, отказывают человеку в праве называть себя подобным образом, поскольку трансцендентный Бог стоит превыше всего и находится за пределами вселенских законов. Другие же не признают никого другого, кроме того "Сына", что дал им учение - который поэтому имеет право на "чудесное рождение" как доказательство божественного происхождения.

Мы же принимаем совершенную иную концепцию Бога, и верим в то, что любой человек, пришедший к полной реализации своей индивидуальности - то бишь, к имманентной, имперсональной сути бытия - может считать себя "сыном Божьим". Мы также верим в то, что слово "Бог" имеет смысл только для тех, кто само-реализовался. Таких людей немного, но лишь они одни подтверждают право человечества на существование.

У многих великих людей были ученики, проповедовавшие их Учение; были и мученики, подтверждавшие величие Наставника своими страданиями; были миссионеры, донесшие Слово до края Земли; были комментаторы, почитатели, философы, поэты, художники - поддерживавшие память об Учении на протяжении веков. Не такой была судьба Эхнатона. Его последователи ненадолго пережили своего Учителя. После смерти Эхнатона имя его посчитали проклятым; город его снесли до основания; все следы его деятельности были тщательно уничтожены - и ни один из тех восьмидесяти тысяч последователей, что тринадцать лет назад покинули Фивы вместе с ним, не сказал ни cлова.

О нем забыли все. Лишь пятьдесят лет назад ученым удалось обнаружить обрывки летописей и гимнов Эхнатона; но и это не помогло ему обрести последователей - кроме, разве что, нескольких ученых, восхищенных силой древней мысли. Не стоит, однако, делать поспешные выводы и утверждать, что, в таком случае, учение Эхнатона было не столь совершенно, как те, что легли в основу сегодняшних верований. Ценность религии определяется не по успеху или популярности. Слишком много факторов сопутствует распространению любой религии, и порой сложно определить, какую роль в ее распространении сыграла та Истина, что содержится в Учении. Более того, эта Истина способствует успеху религии лишь в том случае, если она непосредственно касается тех вопросов, которые интересуют толпу в данный момент. Подлинная же суть любой религии так и остается незамеченной, не вызывая никакого интереса со стороны ее последователей. Таким образом, количество носителей религии, как и ее географическое распространение, не доказывает абсолютно ничего.

Точно так же нельзя определить ценность религии по уровню развития нации, который исповедует ее. Ибо человек создает религию, а не религия - человека. История демонстрирует нам, что порой в результате миграции, завоевания или простой прихоти правителя сложнейшее учение могло превратиться в примитивную веру грубых варваров. Конечно же, они не поймут его, однако будет с благоговением сохранять мифологию и символизм этой традиции. И наоборот - культурные, прогрессивные, рациональные нации могут следовать - и до сих пор следуют! - детским догмам своих недалеких предков. И как бы не изощрялись теологи в интерпретациях и поисках скрытого смысла - все втуне! - такая религия так и останется бессмысленной!

Религию можно оценивать только по ней самой, не принимая в расчет ее непосредственное или скрытое воздействие на культуру, оставив в сторону историю ее успехов или провалов. В том случае, если у религии есть основатель, мы должны проанализировать его жизнь и личность - и не более того.

Если рассуждать таким образом, мы увидим всю красоту простой и рациональной религии Эхнатона - пусть неизвестной нам, но, тем не менее, превосходящей все верования, которые исповедовало человечество.

А ее создателя (у которого сегодня едва ли найдется хотя бы пара учеников) мы можем отнести к тем божественным душам, которые почтили землю своим присутствием - тем, кого мы называем "воплощениями" или "Сыновьями" Бога.